ШВЕЦИЯ

На парламентских выборах в Швеции, прошедших в минувшее воскресенье, победила оппозиция.

Блок правых и правоцентристских партий во главе с лидером консерваторов Фредериком Рейнфелдтом, по предварительным данным, получил 48,1% голосов, а правившие до сих пор социал-демократы с двумя союзными партиями - 46,2%. Победители будут представлены 178 депутатами в Риксдаге (парламенте), будущая оппозиция - 171 депутатом. После обнародования этих результатов премьер-министр Швеции Йоран Перссон, который управлял страной десять лет, заявил, что подаст прошение об отставке, а в марте будущего года созовет чрезвычайный партийный съезд и покинет пост лидера социал-демократов. Хотя его партия осталась крупнейшей в Швеции (ее поддержали 35,3% голосовавших), для социал-демократов это стало худшим результатом на выборах с 1914 года.

В Швеции прошедшие парламентские выборы шутя называли всенародным референдумом о доверии действующему правительству, имея в виду правящую там на протяжении многих десятилетий Социал-демократическую рабочую партию. Именно она в пятидесятых-шестидесятых годах прошлого века реформировала отсталое аграрное государство и превратила его в одну из самых развитых мировых держав с высочайшим уровнем жизни и известной на весь мир социальной системой защиты граждан - тем, что принято называть "шведской моделью".

Однако парламентские выборы 2006 года в благополучном скандинавском королевстве походили не на референдум доверия, а скорее на равносильную битву двух титанов - левого и правого блока партий. Они потрясли граждан своей скандальностью, обилием предвыборных программных выступлений на площадях шведских городов, журналистских разоблачений и "утечек" в прессе. Был среди них и курьез, когда в левую партию вступил бывший советский шпион Стиг Берглинг, отсидевший в тюрьме у себя на родине и сбежавший в свое время в Советский Союз. Был и хакерский скандал, когда Народно-либеральную партию обвинили во взломе внутренней компьютерной сети социал-демократов, где содержались секретные данные полиции безопасности о планах перемещения министров и аргументации политических противников. Не обошлось и без участия Голливуда - поддержать одну из истинно шведских партий - "Феминистскую инициативу" - из США прилетела актриса Джейн Фонда, которая затем в Стокгольме агитировала избирателей бороться за права женщин и против насилия в семье.

Основная же битва за места в шведском парламенте - Риксдаге - шла между двумя политическими альтернативами - правящими социал-демократами с их союзниками по левому флангу и "Буржуазным альянсом" - четырьмя объединившимися в блок партиями правоцентристской оппозиции. Выдвинув лозунг: "Нет еще четырем годам социал-демократии", правые успешно провели предвыборную кампанию в прессе и на телевидении и получили неожиданно высокий рейтинг - он у умеренной коалиционной партии, по сравнению с выборами 2002 года, взлетел почти вдвое, быстро догнав и, буквально в последние недели, обогнав показатели правящих социал-демократов. А именно в последние перед выборами недели, по данным социологов, каждый десятый швед решает, за кого он будет голосовать и внимательно вслушивается в финальные телевизионные дебаты.

Самые интересные предвыборные баталии развернулись между двумя претендентами на пост премьер-министра: действующим Йораном Перссоном, бессменно правящим страной вот уже 10 лет, и молодым лидером правой оппозиции Фредриком Рейнфельдтом, главой умеренной коалиционной партии. Итоговые теледебаты ознаменовались тем, что Перссон пообещал своим гражданам снизить потребление страной атомной энергии и перейти на альтернативные источники, что означало бы взлет цен на электроэнергию и потерю тысяч рабочих мест. Ну а правая оппозиция, традиционно выступающая за развитие предпринимательства, снижение высоких налоговых ставок и создание новых рабочих мест, взялась изо всех сил критиковать социал-демократическую политику и ее исполнителей, на долю которых в последние годы действительно пришлось немало неудач.

Первым ударом по безмятежному правлению социал-демократов стало потрясшее мир жестокое убийство бывшего министра иностранных дел Анны Линд в 2003 году. Ее на глазах у мирных шведов в крупнейшем универмаге Стокгольма зарезал иммигрант, психически больной безработный Данило Михайлович. Тогда многие проводили параллели с другим народным избранником и бессменным лидером социал-демократов премьер-министром Улофом Пальме, застреленным в Стокгольме в 1986 году.

За этим скандалом и длительным судебным разбирательством последовал еще один сильнейший для шведского общества удар - цунами в Таиланде в 2004 году. Тогда, в канун европейского рождества, катастрофа унесла жизни многих отдыхавших там шведов и стоила министерского поста сменившей Анну Линд Лайле Фрейвальдс. Именно на нее и премьер-министра Перссона независимая комиссия возложила ответственность за плохо организованную эвакуацию шведов из района бедствия. Было доказано, что во время катастрофы правительственные чиновники предпочли остаться дома на рождественских каникулах и не вышли на работу, из-за чего помощь пострадавшим подоспела слишком поздно.

Следующий мощный удар по неколебимым позициям социал-демократов, правящим страной с небольшими перерывами вот уже более 70 лет, нанесла неудачная иммиграционная политика. Страна взяла курс на мультикультурализм, правила иммиграции в Швеции по сравнению с той же соседней Данией - очень либеральные. Благодаря этому туда в 1980-х годах хлынул огромный поток беженцев, который усилился в 1990-х и не прекращается по сей день. В то же время за экономическими успехами последовал период кризиса, рабочих мест катастрофически не хватало, и жить только что прибывшие иммигранты могли только на социальные пособия. Возник замкнутый круг: шведы жили своей привычной жизнью, работая и выплачивая высокие налоги, а иммигранты - иммигрантской, проводя время в своих районах, так называемых "гетто", общаясь с земляками на родном языке и никак не интегрируясь в шведское общество.

Перейти из ранга иммигрантов в ранг "шведов" сложно и по сей день. Если в других европейских странах иммиграция началась намного раньше, то в Швеции по-настоящему многокультурным общество стало едва ли не 20 лет назад. Во Франции, к примеру, иммигрантами зачастую являлись выходцы из бывших французских колоний, которые владели языком метрополии. В Швеции же беженцы из бывшей Югославии, Сомали, Ирана, Ирака и других стран попадали в совершенно чуждую им среду, не подготовленную для их приема.

До сих пор есть проблемы в системе образования и обучения иммигрантов шведскому языку. Сохраняется и высокий уровень безработицы среди иммигрантов. Если в среднем по Швеции эта цифра колеблется в пределах 6-10%, то среди нешведов, в так называемых иммигрантских "гетто", цифра, по некоторым данным, достигает 65%, а где и 90%. В стране по-прежнему нет необходимых рабочих мест, вся шведская промышленность давно переехала в Китай и Восточную Европу, спасаясь от высоких налогов и сложной системы найма сотрудников. Ну а те, кто остался, - тянут лямку шведской экономики и выплачивают налоги на прибыль, спасая армию беспомощных иммигрантов.

Кроме того, уверенность шведов в социалистической модели подорвали и сложная система государственной бюрократии, и безнадежно длинные очереди на профессиональное медицинское обслуживание, и повсеместная нехватка квалифицированных врачей и учителей, и низкие стандарты образования в средних школах. Плоды всего этого пожинает сегодня некогда благоденствующее королевство.

Вероятно, по этой причине шведов во время выборов мало интересовали отношения с Евросоюзом, проект европейской конституции и международные вопросы, что иностранная пресса окрестила как "странное отношение шведов к Европе". Привыкшие к высоким жизненным стандартам, потомки викингов не желают их снижать, а такой риск, когда в стране много нерешенных вопросов, безусловно, существует. Рисковать же не в шведской природе, и едва ли кто-либо из политических соперников социал-демократов, даже заработав очки на их промахах и предлагая реформировать давшую трещины систему, всерьез решится на коренной пересмотр ориентиров, отказавшись от так хорошо и удобно прижившихся в шведских сердцах социальных идеалов. //Анна Бокина, Страна.Ru