ШВЕЦИЯ

В преддверии саммита Россия-ЕС и двусторонних переговоров в Стокгольме премьер-министр Швеции Фредрик Райнфельдт дал эксклюзивное интервью корр. ИТАР-ТАСС Ирине Дергачевой.

ВОПРОС: Какие надежды связываете Вы с предстоящей встречей с президентом Медведевым? Какие вопросы вы будете обсуждать за неформальным ужином и чем будете угощать российского гостя?

ОТВЕТ: Я надеюсь, что наша встреча заложит основу более крепким и хорошим отношениям между Швецией и Россией. На время ужина у нас нет определенной повестки, посмотрим, о чем захочет поговорить со мной президент. И, честно говоря, я не знаю, какое меню планируется сегодня вечером.

ВОПРОС: Готов ли господин премьер-министр нажать на кнопку «перезагрузки» в двустороннем диалоге Швеция-Россия, так как это сделали Россия и США?

ОТВЕТ: С удовольствием. Мы бы хотели хороших отношений с Россией. Мы видим, что, например, объем торговли значительно увеличился. Я говорил со многими шведскими предпринимателями, которые хотели бы прийти или увеличить свое присутствие в России. Но здесь часто возникают такие вопросы, как непредсказуемость, отношения с ведомствами, тревога по поводу того, что их ожидают не очень хорошие начальные условия. Это присутствует как фактор. Мы надеемся на то, что и в других областях двустороннее сотрудничество будет укрепляться, а также на более надежные отношения между ЕС и Россией.

ВОПРОС: Какие направления являются самыми перспективными в двустороннем сотрудничестве?

ОТВЕТ: В настоящее время самыми перспективными в двустороннем сотрудничестве являются растущая торговля и туризм. Это является основой понимания и роста обмена. Все больше российских туристов приезжает в Швецию, и это можно только приветствовать.

ВОПРОС: Какие вопросы будут обсуждаться завтра на саммите?

ОТВЕТ: Завтра на двусторонних переговорах и на саммите Россия-ЕС будет затронут широкий круг проблем. Вопрос, в обсуждении которого я лично заинтересован больше всего, – климат. Важное место в дискуссиях займет энергетика, в том числе вопрос кризиса с поставками газа из России в Европу. Нельзя сбрасывать со счетов того, что такие риски есть. В настоящее время Украина ежемесячно платит за газовые поставки из России. Но на Украине существуют глубокие экономические проблемы. Также играет определенную роль то, что в январе там пройдут президентские выборы. Правда, обсуждается программа поддержки, в том числе с МВФ. Но опасность осталась. Наш краеугольный камень в диалоге с Россией – постараться создать контакты доверенности, чтобы смягчить последствия возможных рисков. Мы отмечаем, что поставки газа осуществляются между двумя коммерческими предприятиями из двух государств, стоящих вне ЕС. Так что это не является непосредственной ответственностью ЕС, а этих двух предприятий и стран. Мы бы хотели увидеть действующую систему связи между нами, так как поставки энергии важны в больших частях Европы, которые зависят от них.

ВОПРОС: Вы сейчас проводите интенсивные консультации по кандидатурам на ключевые посты ЕС после вступления в силу Лиссабонского договора. Каким образом Лиссабонское соглашение повлияет на диалог Россия-ЕС?

ОТВЕТ: Мы надеемся, что выбранный на длительное время президент ЕС и представитель по внешней политике будут вести более стабильный диалог, в том числе с Россией. Мы также начали программу Восточное партнерство, которое, с точки зрения Брюсселя, позволит создать многосторонние и двусторонние отношения с 6 странами к востоку от ЕС. Важно подчеркнуть, что эта программа направлена на эти государства, а не против кого-то, не против России. Мы стремимся найти другие формы сотрудничества с Россией. Например, в вопросе торговли это вступление России в ВТО, переговоры об этом ведутся уже давно. Мы отмечаем здесь нашу тревогу о протекционизме, например, в важной для Швеции области – повышении пошлин на древесину.

ВОПРОС: Какова, на Ваш взгляд, роль России в решении ситуации на Ближнем Востоке? Этот вопрос тоже будет обсуждаться на саммите.

ОТВЕТ: Я думаю, что Россия играет очень важную роль в решении ситуации на Ближнем Востоке и в Иране. Я надеюсь, что здесь Россия поддержит американскую позицию по отношению к Ирану, когда речь идет о непризнании амбиций в отношении ядерного оружия. Ядерному производству в мирных целях сопутствуют не только права, но и обязанности. Права – в том, чтобы иметь доступ к гражданской энергии. А обязанности – в том, чтобы не развивать это в амбиции обладания ядерным оружия в мире, приверженному идеям нераспространения. И здесь Россия могла бы сыграть большую роль в оказании влияния на Иран.

ВОПРОС: Что Вы думаете по поводу предложения президента России Дмитрия Медведева по новой архитектуре безопасности в Европе?

ОТВЕТ: Существует диалог, начатый в июне этого года на острове Корфу. Мы бы хотели, чтобы он продолжался в таком же формате. Если будет поддержан этот формат, то мы будем только приветствовать это. //Ирина Дергачева, ИТАР-ТАСС